Ирина Мейерхольд: жизнь, сотканная из труда и любви

Галина Кан

Так случилось, что в жизни этой замечательной женщины был период, связанный с томской землей. Было это в годы Великой Отечественной войны. Сам Томск она посещала тогда только проездом, на путях из Новосибирска в Нарымский край и обратно. Так было и в последний транзит, глубокой осенью 1943 года.

У Томской пристани причалил последний перед закрытием навигации пароход из Колпашево. На берег сошли прибывшие пассажиры, среди которых многочисленное семейство Василия Васильевича Меркурьева и его супруги Ирины Всеволодовны Мейерхольд. Далее предстоял путь поездом до Новосибирска. После небольшой суеты по поводу груза, который пришлось оставить пока в камере хранения, Меркурьевы-Мейерхольд направились в город, а именно в Ленинградский театральный институт, находившийся тогда в Томске в эвакуации. Шествие возглавляло пятеро ребятишек, одетых в одинаковые шубки: племянники Виталий, Евгений и Наташа – дети репрессированного брата Василия Васильевича, родные дети супругов Аня и Катя, а самого младшего, сына Петю, Василий Васильевич нес на руках. Рядом шла супруга, замыкали шествие няня Маша, Лариса, вдова брата, и Анна Ивановна, мать Василия Васильевича. Такой компанией семейство нагрянуло к ректору института Н.Е. Серебрякову. После «ахов-охов» тот отвел неожиданным гостям одну из комнат общежития, служившую студентам и персоналу столовой.

Покормив и устроив детей спать, всю ночь проговорили о пережитом. Каждому было что рассказать. Война забросила их в далекую Сибирь, навязала непредвиденный сценарий дальнейшей жизни. Лишения и неимоверные тяготы не сломили их. Они выстояли благодаря сильным характерам, благородству душ и творчеству. Рефреном звучала в полуночной беседе благодарность земле сибирской — временному приюту странников.

Гости поведали хозяину свою сибириаду, начиная с эвакуации в Новосибирск и заканчивая годичной командировкой в Нарымский край. Последний этап был особенно насыщен обстоятельствами и событиями, связанными с проживанием и работой в Каргаске и Колпашево. В Колпашево — тогда центре Нарымского округа в составе Новосибирской области их семье, состоявшей из десяти человек, выделили двухэтажный дом на ул. Дзержинского, 14: две комнаты наверху, две внизу. Дом был немедленно назван новыми жильцами скворечником. По распоряжению местных властей во двор была приведена маленькая корова, прозванная, конечно же, Малюткой. Сложно и непривычно было с ней поначалу, но коровье молоко стало большим подспорьем для ребят. Приветливые и любезные местные жители помогали семейству любимого актера, чем могли.

С гордостью рассказывали супруги о своей работе в Нарымском крае. Не впервой было им создавать театр на периферии. Но эта работа была омрачена неприязнью и придирками бывшего директора Нарымского окружного театра, и он вскоре написал на них донос (иначе это по тем временам назвать было нельзя). Редкий случай — местные партийные органы и областное начальство взяли супругов под свое крыло и не дали ходу кляузной бумаге. Более того, жалобщик был отстранен от своей должности.

Да, это отвело тогда беду. Прежде всего, спасло Ирину Всеволодовну, отец которой известный режиссер-новатор Всеволод Эмильевич Мейерхольд погиб в 1940 г. в застенках НКВД. Ну, а историки-архивисты именно благодаря тому доносу располагают ныне относительно подробными сведениями о жизни и работе супругов И.В. Мейерхольд и В.В. Меркурьева на севере нынешней Томской области в годы войны. В одном из архивных дел за 1942-1943 гг. с перепиской Нарымского окружного комитета ВКП(б) по вопросам культуры сохранился и сам донос Газинского в Колпашевский горком партии и группа других документов тщательнейшим образом собранная по «делу», включая автобиографии фигурантов, отзывы официальных лиц о их творческой работе, характеристики и многое другое1. В целом эти документы воссоздают историю Нарымского окружного театра (1942-1944 гг.), примечательную тем, что в становлении и работе театра сыграли значительную роль два выдающихся мастера сцены  актер и педагог Василий Васильевич Меркурьев (1904-1978) и его жена режиссер и педагог Ирина Всеволодовна Мейерхольд (1905-1981) – не только дочь, но и ученица знаменитого Мейерхольда. Служители Ленинградского государственного академического театра драмы им. А.С. Пушкина, эвакуированного с началом войны в Новосибирск, В.В. Меркурьев и И.В. Мейерхольд были командированы летом 1942 г. в Нарымский округ для оказания шефской помощи в организации окружного театра. Меркурьев — в качестве художественного руководителя, Мейерхольд – в качестве режиссера. Для работы в театре были привлечены актеры Томска, Новосибирска и др. сибирских городов. Зимний сезон 1942/1943 гг. театр работал в одном из райцентров Нарымского округа – в пос. Каргасок, с мая 1943 г. – в г. Колпашево. В июле-августе 1943 г. театр выезжал с творческим отчетом в Новосибирск, где получил высокую оценку зрителей, театральных коллег и, в общем-то, — областного руководства. После знакомства с документами названного архивного дела думается, что и творческий отчет-то был организован специально для того, чтобы выбить почву из под ног кляузника. После показа спектаклей последовал триумфальный многочасовой прием группы работников театра во главе с В.В. Меркурьевым секретарем Новосибирского обкома партии Кулагиным, а далее награждение Меркурьева почетной грамотой Новосибирского облисполкома и назначение в театр другого директора. Что же касается Ирины Мейерхольд, то по поводу её режиссерской работы прозвучала сдержанная критика по принципу «иди сюда — стой там». Все-таки дочь «врага народа»… Но и жена известного театрального деятеля и любимого народом киноактера, снявшегося к тому времени во многих фильмах.

Интересно, что в то самое время, пока «шилось дело», Ирина Мейерхольд родила сына. Уму непостижимо, как решилась эта женщина в условиях эвакуации, многодетности семейства решиться на это. Петр родился в Колпашево 17 июня 1943 г. Схватки начались прямо на рабочем месте, в театре, во время репетиции новой постановки спектакля «Давным-давно» А. Гладкова. Да, Ирина Мейерхольд была отважная женщина. Как раз из тех, кто и коня на скаку остановит (такое реально было в её жизни, об этом чуть позже) и в горящую избу войдет. Женщина с сильным характером. И при этом очень добрый, отзывчивый человек. Не случайно в их семье и до войны и после было много приемных детей, жили родственники, находили кров и стол студенты театрального института, а в 1950-х — люди, возвращавшиеся из лагерей.

В Нарымском округе Ириной Мейерхольд была проделана большая работа по обучению творческого коллектива театра актерскому мастерству, пропаганде театрального искусства, организации культурного обслуживания населения. Она фактически была художественным соруководителем театра, работая бок о бок с мужем, которому это дело было поручено официально. Ею поставлены были спектакли по пьесам А. Островского «Поздняя любовь», К. Симонова «Русские люди», Финна «Петр Крымов», А. Гладкова «Давным-давно». Спектакли проходили с полным аншлагом и тепло принимались зрителями.

С окончанием командировки решено было вернуться в родной театр в Новосибирск, как ни уговаривали окружные власти остаться. Не хотелось так надолго отрываться от своего коллектива? Или все-таки осталась обида по поводу тех разбирательств, которые все же велись по той жалобе? Супругам даже пришлось собственноручно на специальных казенных бланках подробно изложить свои биографии.

Сегодня благодаря одному из этих документов, а также кратким воспоминаниям Ирины Всеволодовны, надиктованным ею незадолго до кончины, благодаря Книге о родителях, написанной сыном — Петром Меркурьевым-Мейерхольдом2 и некоторым опубликованным в СМИ его интервью, по воспоминаниям учеников мы имеем возможность реконструировать основные вехи жизненного пути замечательной женщины, великого труженика, талантливого театрального режиссера и педагога Ирины Всеволодовны Мейерхольд.

Родилась она в Пензе, в родовом имении семьи отца и была третьей младшей дочерью Всеволода Эмильевича Мейерхольда и Ольги Михайловны Мунт. Детство и юность прошли в Петербурге и Москве. Мать посвятила себя воспитанию дочерей. Отец же был одержим театром, был вечным экспериментатором, вращался в театральной и литературной среде и там встретил свою новую любовь. В 1921 году он оставил семью, женившись на Зинаиде Райх — бывшей жене Сергея Есенина. Ольга Михайловна с пониманием отнеслась к поступку мужа, сохранив с ним добрые отношения, что было важно и в дальнейших взаимоотношениях его с дочерьми. Только вот Ирине рано пришлось начать трудовую деятельность. Работала делопроизводителем в Центропечати, одновременно поступила учиться в Государственные высшие режиссерские мастерские (ГВЫРМ), которые позже влились в ГИТИС. На курсе Всеволода Мейерхольда по классам актерского мастерства и режиссуры училась вместе с С. Эйзенштейном, С. Юткевичем, Л. Свердлиным, Э. Гариным, М. Штраухом, Н. Охлопковым. Со всеми ними, а особенно с Сергеем Эйзенштейном началась тогда большая долгая дружба. Только после смерти Эйзенштейна Ирина Всеволодовна узнала о его тайном глубоком к ней чувстве.

Следует заметить, что Ирина поступила учиться в студию своего отца в тот момент, когда его не было в Москве. Знала, что он будет против. Петр Васильевич Меркурьев-Мейерхольд рассказывает: «Когда Мейерхольд пришел в аудиторию и стал рассматривать поступивших студийцев, он увидел Ирину. Его серо-голубые глаза мгновенно стали стальными, взгляд жестким, даже злым. Он не сказал ни слова, но дома устроил своей дочери страшный скандал. Но у мамы характер был тоже «папин», и когда надо, он проявлялся с такой силой, что никому не поздоровится. Она стала учиться. Мейерхольд сначала её игнорировал на занятиях, но потом увидел её несомненный талант и потеплел».

Одновременно с учебой Ирина начала преподавать сценическое движение в театрах Москвы, Ленинграда, иначе называемое биомеханикой. Это был метод актерской игры по системе Вс. Мейерхольда. Она также играла в спектаклях театра Мейерхольда под псевдонимом «Ирина Хольд».

ГИТИС окончила в 1927 г. с присвоением специальности педагога сценического движения, актрисы и режиссера. В 1929 г., вынужденная заботиться о детях умершей сестры, переехала в Ленинград. В 1930-1934 годах работала режиссером в Красном театре, в 1934-1941 преподавала в Ленинградском институте сценических искусств. В то же время вела учебную и режиссерскую работу в театрах Ленинграда, на Госэстраде, киностудиях «Ленфильм», «Белгоскино». На этих путях встретила своего Васича – Василия Васильевича Меркурьева. Это случилось в 1934 году. Она, ассистент режиссера на киностудии, привезла к нему сценарий. Тот почти сразу влюбился, а окончательно она его покорила в конце съемок, когда строптивая лошадь понесла и сбросила одного актера. Ирина сумела остановить, оседлать и успокоить коня. Она обладала тогда мягким, легким характером, была остроумна и невероятно привлекательна. Василий Меркурьев и Ирина Мейерхольд прожили вместе душа в душу 44 года, хотя со временем, с переживаниями, связанными с несправедливостью и унижениями, характер Ирины Всеволодовны очень изменился. Появилась с годами мнительность, обидчивость и органическая неспособность признать свою неправоту. Но они оба были большие художники, исключительно добрые и высоконравственные люди.

В 1935 г. у молодоженов родилась дочь Анна. Были и другие замечательные события. Так, в 1938 году Ирина Мейерхольд увлеченно работала вместе с мужем, отцом и его женой над постановкой в Театре драмы спектакля «Маскарад». В 1938-1939 была годичная командировка в Чимкент (Казахстан), в 1941 г. — в Осетию, где ею на основе трупп, подготовленных совместно с мужем, были созданы национальные театры. В перерыве между командировками родилась дочь Катя (1940 г.).

Но уже в 1939 г. начались серьёзные неприятности и беды. Был арестован и забит до смерти в тюрьме любимый брат В.В. Петр Васильевич Меркурьев. Супруги взяли в дом троих его детей вместе с их больной матерью. Позже своего сына, родившегося в Сибири, назвали в честь погибшего. В том же 1939 г. году был арестован Вс. Мейерхольд и убита Зинаида Райх. Следом умерла мать Ольга Михайловна Мунт. А «завтра была война»…

В Новосибирске после возвращения из Колпашево Ирина Мейерхольд работала в Кривощековском самодеятельном театре, где поставила спектакль по пьесе А.Я. Бруштейн «Тристан и Изольда». В июне 1945 г. выехала с детьми в Ленинград (В.В. реэвакуировался с театром осенью 1944 г.).

После войны она снова работала режиссером, преподавала в Ленинградском театральном институте, где имела вместе с мужем свою мастерскую. В 1945-1948 гг. они подготовили труппу молодых актеров, вывезенных из Новосибирска, и создали на базе этого выпуска театр в Выборге. Ирина Мейерхольд также руководила самодеятельной драматической студией при Дворце культуры им. Кирова. Но дальнейший этап жизни был драматичен, так как её в 1947 году уволили со всех работ без надежды на трудоустройство: «вспомнили», что она дочь «врага народа» (а что ж не вспомнить, если фамилию она принципиально не меняла), а тут еще началась кампания борьбы с космополитами, в основе которой был почти неприкрытый антисемитизм. А в жилах Ирины Всеволодовны текла «четвертинка» еврейской крови. И в течение 12-ти лет она оставалась без любимого дела. Унизительный статус! Главное, она — крупная творческая личность, замечательный режиссер, была лишена возможности самореализации. А также, что немаловажно для её большой семьи, лишена возможности заработка.

Очень выручила тогда семью дача, которая была предоставлена Меркурьеву. Завели подсобное хозяйство, в котором, кроме огорода, в тяжелое послевоенное время были и свиньи, и куры, и даже корова: благо пригодился сибирский опыт. На себе таскали домой в город продукты.

Лед тронулся после реабилитации Всеволода Мейерхольда. И то не сразу. В 1959 г. Ирина Всеволодовна была принята на работу руководителем театра-студии Дворца культуры им. Горького, периодически работала в драматическом театре им. Пушкина (в «Александринке»), где были осуществлены ею постановки нескольких спектаклей, успешно шедших на сцене театра многие годы. Продолжила с 1960 года, вместе с Меркурьевым, педагогическую деятельность в театральном институте (с 1962 г. он стал называться «Ленинградский институт театра, музыки и кинематографии»).

Это был сравнительно благополучный этап жизни Ирины Мейерхольд. Дружная семья, успехи детей, любимые ученики, прекрасные возможности для реализации творческих замыслов в режиссуре в одном из ведущих театров страны. Правда, не разрешили создать свой театр из молодых актеров – учеников, правда, оставалась всегда немного в тени своего знаменитого мужа. Но амбициозной она никогда не была. Ей достаточно было любви близких, радушия окружающих, творческих успехов её учеников. В их гостеприимном доме всегда было много друзей, на её юбилеях звучали теплые слова благодарности и признательности за талант режиссера и педагога, за чуткость и доброту.

Очень напряженным был ритм жизни, если учесть, что еще и мужа часто сопровождала в его многочисленных командировках по стране. Это сказалось на здоровье. Начали приключаться инфаркты. Но сдаваться Ирина Всеволодовна не думала, работала с прежней нагрузкой. Потрясающий эпизод вспоминает один из учеников Меркурьева и Мейерхольд выпуска 1973 г. Евгений Массалыга (его воспоминания публикует в своей Книге о родителях Петр Меркурьев-Мейерхольд). В части его рассказа о том, как Ирина Всеволодовна обучала их биомеханике, он пишет: «На одном из первых занятий по биомеханике, показывая первую «поддержку», Ирина Всеволодовна (ей было в то время 64 года) взяла на плечо одного нашего крепенького парня и с ним побежала по площадке. Мы были поражены! Человек почтенного возраста, после двух инфарктов за плечами, бегает как девочка, да не просто так, а с приличным грузом (ну никак не менее 70 килограммов) на плече! А что же Василий Васильевич? Его глаза выражали любовь, восхищение и… спокойствие за свою супругу…». Секрет состоял в умении владеть центрами тяжести обеих фигур.

Особыми вехами в творчестве Ирины Мейерхольд-режиссера были поставленные в Александринском театре спектакли с долгой сценической судьбой – «Правда хорошо, а счастье лучше», «Последняя жертва», а также снятый в 1975 г. на студии «Лентелефильм» документальный фильм «Василий Меркурьев». В 1978 г. она поставила свой последний спектакль «Рембрандт» по пьесе Д. Кедрина, где главную роль должен был играть Меркурьев, но уже не смог…

Ирина Всеволодовна не смогла пережить своего мужа. Она ушла практически вслед за ним. Ирина Мейерхольд похоронена на Волковском кладбище в некрополе «Литераторские мостки». Декан театрального института С.П. Кузнецов сказал на её похоронах: «Дочь гения, жена таланта, Ирина Всеволодовна сама была крупным художником, незаурядной личностью, красивым человеком».

июль 2010 г.

1 См. Центр документации новейшей истории Томской области (ЦДНИ ТО), Ф.206. Оп.1. Д.737

2 Петр Меркурьев-Мейерхольд. Сначала я был маленьким. Книга о родителях Василии Меркурьеве и Ирине Мейерхольд. М.2002 г.